nap1000 (nap1000) wrote,
nap1000
nap1000

Categories:

Снова о дославянском населении восточной Германии.

Новая порция наблюдений по поводу населения восточной Германии в первой половине первого тысячелетия и их взaимоотношениях с прибывшей в 6 веке волной славян. В продолжение к этому посту. Просто мысли, не теория.


Прежде всего стоит напомнить официально принятую на сегодняшней день версию событий той поры. До 6 века н.э. территорию восточной Германии населяют германские племена, близкие по языку и культуре предкам будующих немцов – франкам, саксонцам, тюрингам и пр. Примерно с 4 века начинается отход этих германских племён в неизвестном направлении, к 6 веку на территории, примерно соответствующей территории ГДР, остаётся лишь десяток-другой германских поселений и городов. В это время, с востока на эти земли приходят славянские племена и быстро ассимилируют немногочисленное германское население, в тоже время перенимая от германцев названия их племён. Так, например, было в случае ругов, лугиев, варинов, вандалов и других. Славяне распространяются с юго-востока на северо-запад, так что в Вагрии и на Рюгене они оказываются только к 7-8вв. Местность, которую занимают славяне, представляет из себя в то время по большей части непроходимые леса и болота, поэтому славяне в значительной степени являются первопроходцами, начавшими осваивать данный ладшафт в земледельческих и скотоводческих целях, прививать новые культуры растений, главной из которых является рожь, неизвестная тут до того.

Звучит всё это на первый взгляд вполне стройно и убедительно. Пока не начинаешь присматриваться поподробнее и рассуждать логически. Чтобы перенять названия германских племён, славянам нужно было продолжительное время жить бок о бок и контактировать с этими племенами, создавать с ними союзы и так далее. Для этого минимум требуется понимать друг друга, иначе о каких контактах и ассимиляции может идти речь. В таких случаях неизбежны бы были и заимствования славянами слов из языка местного населения. В особенности это касается тех вещей, что были им до того не знакомы, либо производством которых занималось германское население и которые становились предметом обмена. Так как из языка балтийских и полабских славян до немецкой колонизации нам известны только единичные слова, встречаемые в хрониках, очевидно, искать нужно в топонимике и гидронимике. И вот тут начинается самое интересное.  Львиная доля топонимики имеет ясное славянское происхождение. Остальная часть – ещё более ясное происхождение из немецкого языка. Но немецкий – не равно германский! Даже больше, язык континентальных германцев 4-6 вв. должен был очень сильно отличаться от немецкого языка 12 века, плюс к тому это должны были быть другие диалекты, так как создание собственно немецкого языка происходило на основе франских, саксонских, фризских и других диалектов, племена же восточной Германии не принимали участия в образовании немецкого языка. Есть ещё несколько топонимов, невыводимых ни из славянских, ни из германских языков, но вот со следами древне-германских диалектов 4-6вв. крайне туго.

С гидронимами дело обстоит ещё интересней. Тут ситуация прямо с точностью да наоборот. Большинство из них нельзя вывести не из славянских, не из германских языков, остальные – славянские. И. Херрманн приводит и несколько гидронимов, которые он осторожно называет «считающихся германскими»: Dahme, Finow, Flöha, Havel, Müggelsee, Notte, Nuthe, Spree. Интересно, что почти все они сконцентрированы в одном месте – в восточной части современной земли Бранденбург, между реками Хавель и Шпрее, немного к востоку и югу от современного Берлина. Из этих гидронимов только один расположен севернее Берлина - речка Финов – но и она находится ещё в пределах земли Бранденбург.

Список индоевропейских гидронимов восточной Германии не германского и не славянского происхождения обширней – кроме маленьких рек, в него входят и основные водянные артерии этих мест:  Auma, Dosse, Elbe, Elster, Ruhne, Jahna, Lober, Luppe, Meisa, Milsen, Mulde, Neisse, Oder, Ohre, Orla, Parthe, Pleisse, Queiss, Saale, San, Striegis, Zschopau и ряд других более мелких гидронимов.  Практически все эти реки находятся к югу от уже перечисленных выше германских гидронимов, от южного Бранденбурга на севере, до рудных гор на юге, границы с Польшей на востоке и Тюрингии и Нижней Саксонии на западе. Ровно укладываясь в территории, занятые в средние века славянскими сербско-лужицкими племенами. Если отметить синим цветом «неизвестные индоевропейские» гидронимы, а красным «предпологаемые германские», то получится примерно следущее:

Довольно чёткая картина, не правда ли? Однако о северо-восточной Германии – Мекленбурге, и Шлезвиг-Гольштайне Херрманн почему то не приводит никаких сведений, относительно дославянских гидронимов. Кажется, ответ на вопрос, какие племена заселяли эти земли до славян и германцев,  можно найти у Кузьменко ( за наводку спасибо folkvald ). Обратите внимание на распространение балтских топонимов на территории Германии:



Карта по Ю. Кузьменко, Ранние германцы и их соседи, 2011.

Они занимают как раз территории от полуострова Вагрия за западе, весь Мекленбург до Берлина на юге, на юго-западе они заходят немного на запад за Эльбу – и опять точное попадание! Все эти земли были также заселены славянскими племенами ободритов, лютичей, руян и древан.

Так что же получается на севере жили балты, на юге некие несохранившиеся индо-европейские племена, а между ними вклинилась небольшая прослойка гермнацев? Тогда, возможно, стоит поискать следы этих народов у балтийских и полабских славян? Ведь в истории всегда получалось так, что когда разные племена долгое время соседствовали друг с другом и тем более ассимилировали соседей, то это неизбежно оставляло след в языке, обычаях или материальной культуре. Так у славянских народов, языки которых более или менее известны – дравено-полабов и лужицких сербов – отмечается влияние немецкого языка и заимствования из него. В тоже время у современных немцев жившущих ныне на землях балтийскх и полабских славян отмечаются сотни заимствованных из славянского языка слов – и это неизбежный результат при долгом соседстве и особенно ассимиляции.

Однако, язык лужицких сербов, в целом, не считая немецких заимствований, мало отличается от других западно-славянских языков – чешского и польского. Язык же славянских племён северной Германии такие отличия показывает – его даже выводят в особую группу так называемых северо-лехистских языков, в немецкой литературе больше известных как полабские. Но самое любопытное, карта распространения северо-лехитских топонимов ПОЛНОСТЬЮ совпадает с картой распространения балтских топонимов в восточной Германии.


Карта распространения северо-лехистких диалектов в восточной Германии, по J. Herrmann, Slawen in Deutschland, 1985.

Удивительно, но совпадение просто один-в-один.

Интересно, что характерной особенностью северо-лехитских языков считают наличие в них рефлекса TorT, что отличает их от большинства других славянских языков.  Говоря очень упрощенно, рефлекс этот заключается в том, что славянское слово «грОд», «грАд», «горОд», в северо-лехитских звучит как « гАрд», слово «корОва» - как «кОрва», «ворОна» и «врАн» - как «вАрна», «ВлАдимир» - как «вАльдемер» и т.д., что в большинстве случаев даёт ударение на первый слог. Другой характерной особенностью северо-лехитских является носовое произношение звука, передаваемого в других языках как «я» или «ие». В северо-лехитских этот звук звучит как «ен», или «ан». Отсюда СвАНтовит – вместо СвЯтовит, СвЕНтана – вместо СвЯтыня и т.д. Обычно, эти особенности объясняют особой архаикой северо-лехитских языков, более близкой к праславянскому языку, чем другие. Однако, праславянский язык – чистой воды гипотеза, которую составляют на основе известных славянских диалектов и сравнения их с другими, в особенности более древними индо-европейскими языками.

Однако, вот что бросается в глаза – распространение этих праславянских архаизмов точь в точь ограничено территорией распространения балтских топонимов. Это северная Германия и польское Поморье. Потому крайне интересно сопоставить северо-лехитские архаизмы с балтским лексиконом:

С.-л. «варна» - лит. «варна» (ворона)

С.-л. «корва» - лит. «карве» (корова)

С.-л. «рынк» - лит. «rinka» (рынок)

С.-л. «вАльдемар» (первый корень вАльд – владеть) – лат. « вАлдети» (владеть), имя вАлдис ( ср. влАдимир, влАдеть в других славянских языках)

С.-л. «гард» - балтское «гард» (вместо «грод, град, город – в других славянских языках)

С.-л. «свента» - лит. «свентас» (священный, вместо «свят» «swiat» «swiet» в других славянских. Исключение составляет только польский язык, н нужно учитывать что практически вся большая часть территории Польши – бывшие балтские земли)

Особый интерес представлет балтский топоним «Свантерог», в котором запечатлена не обычная форма «свент», а характерная только для Рюгена форма «свант».

Конечно, не все полабские слова совпадают с современными балтскими ( хотя возможно стоит поискать в древне-прусском), как и не всегда в северо-лехитских действует вышеупомянутый рефлекс TorT. Да и слова эти настолько же славянские, насколько и балтские. В начале нашей эры же различие между ними было, очевидно, совсем не большим. Дело тут не в заимствовании, а больше в произношении. Кузьменко отмечает, что для балтских языков характерно ударение на первый слог. Ещё одно совпадение или же особенности северо-лехитских языков обусловлены не одной только праславянской архаикой, но и балтским субстратом?

Удивительным во всей этой официальной версии славянского пришествия в 6 веке кажется и ещё одно обстоятельство. То, что его совершенно не заметили франские летописцы, как впрочем и «ушедшие» с этой территории «восточно-германские» племена. Странно ведь, отсюда они, получается, все дружно поднялись в одно время и ушли,но никуда так и не пришли. Нигде в дальнейшем эти племена не фиксируются (кроме ругов и варнов), а ведь уйти они могли только на запад и юг, в земли франков или к Риму. Испарились чтоли по дороге? Франкское летописание  того времени не знает этих племён на своей территории. Зато сообщает крайне любопытные вещи относительно славян:

Дерван, герцог сорбов, народа славянского происхождения, долгое время подчинявшийся франкам, перешел под власть Само вместе со всеми своими людьми. (Фредегар, 68)

В немецком переводе этот отрывок звучит несколько иначе, буквально там стоит «seit alters her“ – то есть «издавна», «издревне».  А на дворе, напомню, 630-632 гг. По официальной версии славянского заселения Германии – славяне только-только начинают прибывать с востока ( в конце 6 века) и ассимилировать местных Германцев.  Франские же хроники того времени говорят о войнах славян в Тюрингии и Саксонии – то есть к западу от Эльбы и Заале. Мало того, что летописцы франкской империи  совершенно не заметили внезапно прибывшего огромного числа воинственных племён прямо к границам своего государства (равно как и появление десятка другого новых германских племён на своей территории), так они ещё и прямо сообщают – эти племена издавна нам подчинялись! Ох не знал Фредегар как не впишутся эти его слова в труды его коллег и соотечественников – современных немцев! Баварский географ в середине 9 века сообщает о 238 славянских городах в восточной Германии, причём он, видимо, не посчитал Рюген и заэльбские племена древан. Каждый город в те времена являлся центром целой области, состоящей из нескольких деревень, это поистине огромное население с развитой инфраструктурой, откуда ему было взяться в такой короткий временной промежуток ( ведь как считается, славяне двигались с юга на запад, и северные и западные области начинают заселятся только в 7-8 вв., притом, численность населения повышается какими то просто невероятными темпами во время бесконечных войн между собой и с немцами)? Ответ напрашивается сам собой.
Похоже, славяне, точнее их предки, или родственные им племена жили тут и раньше, как минимум с начала нашей эры. Очевидно, что именно их упоминал Тацит и другие историки древности, как «германские» племена. Внешне и культурно эти племена мало отличались от своих западных, германских, соседей, материальная культура была схожа, что и вызвало всю путанницу – для римских историков они все были на одно лицо. Но вот сами то они себя всегда различали! Не потому ли никого из немцев и не удивляло соседство с ними многочисленных племён, говоривших на другом языке, а прибывшую в 6 веке новую волну славян с востока, видную только археологам по распространению нового типа керамики, они просто и не заметили – может они просто были слабо отличимы от старых соседей как по языку, так и по нравам? (Велико различие – стали говорить вместо Перкун – Перун, вместо варна – врона, да и то лишь в некоторых местах).
По сущности, в восточной Германии, видимо, проходили те же самые процессы, что и в большинстве северо- и центрально-европейских славянских землях, где несомненно славянские племена жили вместе с балтами ( Польша, Белорусь, северная Украина,  северо-западная Россия). Так уж сложилась история, что славяне заменили близкие им племена балтов. Причём практически на всех этих территориях процесс превращения балтов в славян был очень быстрым, и практически незаметным в исторических источниках – точь в точь как и превращение «восточных германцев» в славян.

Археологическая же близость материальной культуры восточной Германии, культуре заведомо ( а во многих случаях –предполагаемо) германских племён легко объясняется культурным обменом с западными соседями, и тем, что племена эти вполне могли и попадать временно под власть германских племён ( о чём и сообщает Фредегар). Очевидно, эти племена раньше отделились от праславян или прабалтов и не принимали участия в этногенезе других славянских племён до 6 века, происходившем к востоку от этих территорий, вместо этого подвергнувшись германскому и римскому культурному влиянию. Но так же, как и сейчас ни один немец не различит русского и украинца ( в то время, когда сами себя они различают), так и в начале 6 века франки совершенно не видели различий между старым праславянским или прабалтским населением восточной Германии и новоприбывшими славянскими племенами.

Хотя с археологией ясности на самом деле нет. Раскопано очень мало «дославянских» поселений, по многим из них вообще сложно сказать к какой культуре принадлежали их жители. Так в частности дело обстоит на Рюгене. Публикуются исследования и находки на эту тему крайне редко. Но чего стоит уже то, что поселение Prützke возле Бранденбурга, которое считают свидетельством совместного проживания германцев и славян, удаётся датировать 7 веком, только по найденной там БАЛТСКОЙ фибуле. Будем надеятся, что переосмысление датировок и этнической принадлежности восточно-германских находок, начатое Херрманом незадолго до своей смерти, будет продолжено и сможет внести больше ясности во всю эту историю.


Балтская фибула 7-го века из смешанного поселения славян и "древних германцев" возле Prützke, восточная Германия.



Tags: балтийские славяне, балты, древнее население Германии, топонимы, языкознание
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 50 comments