nap1000 (nap1000) wrote,
nap1000
nap1000

Category:

Р-р-р-е-е-е-й-р-р-р! Исторический и идеологический фон появления "тростниковой" этимологии Рерика.



Последний пост из затянувшейся рериковской серии. На этот раз никакой археологии.

Переведённый на русский язык в 1986 году сборник "славяне и скандинавы" надолгие годы стал одним из немногочисленных доступных широкому кругу русскоязычных читателей источником по археологии балтийских славян. Любопытно, что оригинальное название было "викинги и славяне", но, по всей видимости, издатели справедливо посчитали, что слово "викинги" вовсе не отражает предмета исследования. Речь шла именно о славянских и скандинавских народах, викинги же, как известно - не народ, а обозначение морских пиратов. В немецкой научной литературе, впрочем слово викинг до сих пор употребляется как синоним скандинава. Традиция эта имеет довольно древние корни и тоже происхождение, по которому и индоевропейские языки в Германии называются "индо-германскими". Традиции эти берут свои корни в полумифических-полунаучных изысканиях немецких историков, археологов и лингвистов конца 19 - середины 20 вв. Начало археологического изучения восточной Германии и её славянских древностей пришлось на время активных поисков немцами корней своей нации в истории древнегерманских племён, пережившее свой "звёздный час" в плане выдачи откровенных фантазий за реальную историю, вполне предсказуемо в период Третьего Рейха.

Но вернёмся к сборнику. Помимо прочего, в нём содержалась статья о полабских славянах известного и  авторитетного немецкого учёного, на тот момент главного археолога ГДР - Йоахима Херрманна о полабских славянах.

Городище племенного короля ободритов находилось в Мекленбурге, близ Висмара. Это место, как сообщает около 965 г. Ибрагим ибн Якуб, называлось Велиград; саксы его обозначали (в 995 г.) "Михеленбург"; у хрониста Адама Бременского говорится о "Магнополисе" (калька славянского названия); во всех случаях значение совпадает - "великий, большой, главный город". Со своей стороны датчане называли его Рерик (от др.-исл. reyrr - "тростник", по расположению в старой озерной котловине, покрытой густыми зарослями тростника); племя ободритов они называли "ререги"

На эту статью впоследствии ссылалось большое количество уже русских историков, придерживающихся самых разных взглядов. И хотя статья и была написана тогда как представление последнего слова немецкой науки, хотелось бы обратить внимание, на безнадёжное её устарение её на настоящий момент. Мекленбург не был Рериком - по крайней мере, эту высказанную уже с самого момента раскопок Мекленбурга в 1970-х годах мысль, поддерживают все современные историки и археологи. Эту версию принял чуть позже и сам Херрманн. Тоже самое касается и обоснования "тросниковой" этимологии - на тот момент, когда была высказана мысль о том, что "название Рерика было дано по расположению в старой озёрной котловине, покрытой густыми зарослями тростника" никто даже приблизительно не знал, где вообще находился этот город. Основной претендент на его звание - Гросс Штрёмкендорф - был раскопан только в 1990-х, хотя первые предположения о нахождении там Рерика и высказывались уже немного раньше (что собственно и стало основанием для проведения раскопок). Не менее любопытна и сама история появления "тросниковой" этимология - кажется, являющаяся настоящим апофеозом этой "собранной с миру по нитке" и не нашедшей никаких подтверждений версии с Велиградом-Мекленбургом-Рериком.

Большие подозрения в обоснованности и непредвзятости "тросниковой" этимологии и повод для её перепроверки вызывает уже сам исторический и идеологический контекст, в котором она появилась. Во второй половине 1930-х немецкое общество переживало небывалый подъём патриотических и националистических настроений, что затронуло в том числе и историков, которые в порыве национального рвения нередко пытались найти подтверждение превосходства германцев над славянами в немецкой истории не самыми честными и достойными способами. Целью этой статьи совсем не является основательное исследование историографии Третьего Рейха, посвященной изучению балтийских славян. Однако, кажется, полезным будет указать на несколько примеров. Как мне кажется, они очень наглядны для понимания происходивших тогда в немецком обществе процессов, идей и убеждений тогдашних немецких учёных, занимавшихся поморской историей, общее их представление о ходе истории - то, что напрямую влияло на их выводы и действия.

С 1934 по 1939 года немецкие археологи раскапывали поморский городок Волин, в устье Одры, находящийся ныне на территории Польши, а тогда бывший частью Рейха. В итоге было подтверждено наличие там раннесредневекового торгового центра и уже тогда было высказано мнение о тождестве его с легендарной Винетой, Юмной и Йомсборгом. В 1941 году в Щецине вышла небольшая книжка, в которой были представлены результаты этих раскопок, написанная в соавторстве Отто Кункелем, историком, краеведом и тогдашним директором Штеттинского музея, и археологом Карлом Августом Вильде - "Волин. Юмна/"Винета"/Йомсбург/Юлин. 5 лет раскопок на земле большого поселения викингского времени на реке Дивенов 1934-1939/40".



Предисловие, написанное Отто Кункелем, имело целью познакомить читателя с общим ходом истории южного берега Балтики, начиная с каменного века и кончая современностью, прежде, чем перейти к повествованию о Волине. Представляю вниманию перевод небольшого фрагмента этого вступления:

...
После последнего ледникового периода, прошедшего примерно 12 000 лет назад, балтийский регион стал пригоден для длительного проживания людей. Сначала это были охотники на северных оленей.  По мере того, как орды прирождённых собирателей, составлявшие, быть может, 200 поколений, не смогли подняться до уровня производящего общества, они были вытеснены более способными фальско-северными группами. Однако первыми применять плуг  для земледельства в нижнем течении Вислы и Одры по всей видимости начали колонисты из придунайских культурных кругов. Из этих слоёв населения третьего тысячелетия до нашей эры в западной части Балтийского моря произошли древние германцы, в Восточном Поморье, по другую сторону Вислы – балты, и праславяне - возможно, в районе Припятских болот.
Германское заселение земель с этой стороны «Северного Средиземноморья» проявило себя в последующем тысячелетии. Попытки иллирийцев пробраться по главным рекам к воротам и передовым рубежам балтийского региона были остановлены силой германской экспансии. Тогда на Одре решилось, кому будет принадлежать будущее!
Не имея возможности восполнить тягу к передвижению у себя на родине, ранние восточные германцы оторвались от своей семьи народов и, оставив свои места, дали начало периоду Великого Переселения Народов в Западном и Восточном Поморье. Общественно-социальные, а, быть может, и климатические причины  ослабили связи и скандинавских германцев: люди отсюда выдавили политические объединения своих континентальных родственников с их земли «ad meliores  terras». Эти «восточногерманские» вандалы, бургунды, руги и готы уничтожили римскую империю. Сами того не зная, они проложили начало пути, который привёл их, по большей части западногерманских, родственников к  народу «немцев», однако, сами они при том оказались потеряны для германско-немецкого будущего. О великой империи германских народов мечтал разве что Дитрих Бернский!
Земли к востоку от Эльбы, ослабленные уходом населения, стали во второй половине первого тысячелетия нашей эры лёгкой добычей славян, жадно заполнивших собой районы германской цивилизации.
В это время северное германство пережило новый расцвет: варяги, викинги, норманны, даны! Однако единение их под предводительством могущественных королей было лишь эпизодичным. Не имея народной идеи, и тут и там их сопровождала разобщённость вместо того, чтобы сплотить земледельцев родного края в политическом единстве, сделать Балтику «германским морем»,  как это почти удалось в эпоху бронзы. Повсюду их путешествующие по морю купцы из знатных крестьян становились «основателями государств» чужых народов. Там где они останавливались, всегда выбирая удобные и надёжные места, их фактории становились культурными и цивилизаторскими центрами дальней торговли и ремесленного производства, равно как и политического влияния и борьбы. Для устья Одры 10-го, 11-го и ещё 12-го веков с этим связана группа названий Юмна/ «Винета»/Йомсбург/Юлин известнye по историческим источникам, сагам, романам и сказкам. Славянизированные и балтизированные викинги, как и викинкизированная знать у славян и балтов, были естественным результатом северогерманских предприятий между Эльбой и Дюной. Совместное освоение или освоение другими германскими народами не приводило к появлению викингов на западе, юге или востоке.  Для немецкой истории этого никогда не требовалось – что заметно повсюду и до сих пор!
Немецкий народ, имеющий западногерманские корни, вышел из штормов истории к основанию империи своими свежими жизненными и культурными силами.  Непреходящие ценности, развившиеся из классической античности, заложили основу превосходства новой силы над своими северными и восточными родственниками: сожалеть об этом было бы равнозначно оболганию становления нашего народа и одного из средств немецкого существования. Западногерманским наследием, в частности - племени саксов, является упорство во владении жизненным пространством и его обустройстве – след опыта тысячелетия, прошедшего не так блистательно, но и не канувшего в лету, как это было у восточных и северных германцев!
Сыновья новой империи, рыцари, горожане, крестьяне, которым становилось тесно на той земле, где они родились, видели свою страну безграничных возможностей на севере и востоке.  По дороге, проложенной фальско-нордическими людьми каменного века и древними германцами, они выступали против организованных викингами и норманнами славян, нередко и в следствии культурного голода местных правителей, поощрявших немецкую колонизацию земель восточнее Эльбы мечём и плугом. Города немецкого права с возвышающимися общественными постройками вскоре наполнили северное Средиземноморье, став передовыми рубежами ремесла, искусства и духовной культуры. Всё это подтолкнуло кровнородственные скандинавские народы к твёрдому сплочению и сделало их полноправными участниками континентальной культурной жизни. В период викингской дальней торговли севера с югом, во время северогерманского владычества и влияния на море, регион устья Одры представлял удобное положение для поселения межрегионального значения – Юмны/ «Винеты»/Йосбурга/Юлина.  Сейчас же центр был смещён туда, где пульсировали и сухопутные пути с запада на восток и были предпосылки для создания торгового эмпория и столицы имерского региона – в Штеттин.
Наиболее обеспеченным было средневеково-немецкое произведение на востоке, где горожанам не было недостатка в крестьянах, однако тем более подвержена была угрозе сплочённость народа и империи там, где влиятельные торговцы и рыцари брали пример с викингов, а плугом заправляли чужаки. Дальнейшее развитие нашей истории не дало завершиться начатому и снова подвергло скандинавов сильной изоляции.
Лишь позднее, когда представилась возможность, поздний варяг севера, Карл XII, неистово обрушился на побережье континента.  Большую стойкой в стремлении проявил  Густав II Адольф: как Теодорик севера он планировал создание германско-немецкой балтийской империи! Но для него идея общества древнегерманских предков была, с какой стороны не взгляни, предметом учёной романтики и романтического видения – политически же её не хватило даже на объединение скандинавов.
Аграрный кризис на немецко-восточноэльбских народных  землях повлёк за собой новое переселение народа в 19 веке: только теперь в города, индустриальные центры и за океан. Сейчас поляки угрожают переживающему отток населения региону, своим сильнейшим оружием - низким уровнем жизни: версальцы!
Но становление западного народа и культурное подключение востока уже не единожды шли бок о бок: фальско-северные крестьяне в третьем и древние германцы во втором тысячелетиях до нашей эры; старонемецкие поселенцы и основатели городов 800 лет назад, а сегодня  - мы, возродившийся заново великий немецкий народ!

...
оригинал на немецком: 1, 2, 3

Археолог Вильде был в то время более сдержан. В принципе, к его исследованию и придраться то трудно - оно действительно было основательным и безусловно важным этапом исследования истории Поморья своего времени. Скорее, он стал заложником распространённого как в обществе, так и в научных кругах того времени представления о превосходстве германцев над славянами. Славян в немецкой истории уже не отрицали ( хотя, несколько раньше таке попытки и были), но в истории им отводили роль материала. В том, что делать историю могли только германцы, тогда мало кто сомневался. Потому, неудивительно, что Вильде, раскапывавший Волин и нашедший там большое количество славянской керамики, подытожил ситуацию следующим образом:

"В ранний период большого города архитектура домов и большая часть керамики могут быть интерпретированы только как оставленные осевшей здесь и, очевидно, сыгравшей решающую роль в основании и развитии города, большой группой северогермнаского или сильно викингизированного народа. Кроме того, можно исходить из присутствия здесь с самого начала многочисленного "туземного"-славянного населения, которое, однако, можно усмотреть лишь в керамике, но не в архитектуре"

Волин представлялся Карлу Вильде легендарной Винетой, название которой он, впрочем, брал в кавычки, как и слова "местный" или "туземный" (нем. einheimisch), которое ему так не хотелось, но пришлось употребить для поморских славян. Разумеется, "величайший из европейских городов" - как называл Юмну Адам Бременский, могли основать лишь викинги. Славяне были обслуживающей массой.

Любопытна и схема развития Волина, представленная Вильде в его брошюре:



 

Город, упоминаемый инб Якубом, как город северо-западнославянского племени ( в других переводах - само название города) Убаба, у Вильде вполне спокойно превращался в скандинавский город, в котором "можно было расчитывать на большую "местную" славянскую общину". Он же был и городом Юмной, который Адам описывал в контексте описания славянских земель и городов, "стоящим на самой богатой реке славян", ни словом не промолвившись о скандинавах. Как читали источники немецкие историки того времени и каким образом у них в головах уживалось это противоречие - ума не приложу. Однако, факт, что уживалось. Волин был разрушен или перестраивался в 11 веке. Вильде увидел тут - "смену культуры" - славян в новом городе стало больше. Однако, и этот город, по его мнению оставался преимущественно скандинавским или сильно "викингизированным" до самого 12 века - ну тут уже совесть полностью переврать подробные описания однозначно славянского Волина в трёх житиях Отто Бамбергского, ему по всей видимости не позволила. Около 1200 года в Волине, по мнению Вильде, произошла "полная смена культуры" - поселение стало чисто славянским. Этот славянский период истории Волина и Юмны, он помещал между 1200 и 1279 годами. В это время, по его мнению, город ппревратился в глухую деревню. В 1279 году немецкие колонисты снова основали здесь добротный город.

Однако, при всём при этом, Карла Вильде вполне можно назвать более-менее адекватным исследователем своего времени. Хотя, керамика, которую он нашёл, конечно, опять вся была славянской - разделение на скандинавскую и славянскую по критерию, "что покрасивее - та скандинавская", как показали дальнейшие исследования, было несколько ошибочным)))

Не стоит обвинять всех немецких учёных того времени без разбора - при всём вышесказанном, оставалось не мало и вполне корректных и непредвзятых исследователей. Как были и те, кто откровенно переходил все границы, не гнушаясь подтасовками, а то и прямыми фальсификациями. Одной из таких подтасовок стала "находка" исторического Рерика в Альт-Гаарце. Известный немецкий историк того времени, занимавшийся по совместительству и
археологией, Роберт Бельтц, опубликовал в 1934 году статью, в которой высказывал предположение о тождественности крепостных валов в деревне Альт-Гаарц с городом Рериком, известным по франкским анналам 808 года. Местный чиновник, ответственный за этот административный округ, тут же организовал проведение Р. Бельтцом археологических раскопок. "Детальное археологическое исследование", как они сами назвали это мероприятие, не заняло и месяца. Было проложено всего две небольших траншеи по валу и рядом с ним, в результате чего было найдено несколько черепков славянской керамики разных типов и выявлена деревянная конструкция вала. О подтасовке данных Р. Бельтцем, выдавшем часть керамики за скандинавскую, уже упоминалось. В 1938 году две соседние деревни - Альт Гаарц и Вустров - обе имеющие славянские названия - решено было объединить в один административный пункт, имеющий с этих пор статус города. Новому городу, возникнувшему "новую эпоху" решено было дать и соответствующее эпохе имя, возвеличивающее славные деяния древнегерманских предков (хотя судя по развитию топонимики - в Альт Гаарце долгое время существовало два соседних поселения "старый" или "славянский Гаарц" у "новый" или "немецкий" Гаарц - с предками местного населения всё на самом деле было сложнее). Названием этим, по весьма далёким от научных вопросов причинам, было выбрано Рерик. Для доказательства германского происхождения не имеющего ясной германской этимологии и прямых аналогий в топонимике названия Рерик исследователям того времени все средства казались хороши. В 1938 году доктор В. Маттен убеждал читателей, что название Рерик происходит от скандинавского названия поселения у узкого входа в залив "Рёрвик". В 1938 году, уже после переименования города, опубликовал новую статью о Рерике и сам Роберт Бельт. Эта его статья была отзывом на уже приводившуюся публикацию В. Маттена о раскопках в Альт Гаарце в ростокской газете. Ниже её перевод.

Рерик и Трасико. Два имени нашей древней истории.

В великое время национального пробуждения, которое мы сейчас переживаем, вырвано из векового забытия и вновь возвращено к жизни переименованием великолепнейшего места на нашем берегу, славное имя из истории нашей - имя это Рерик. Здесь у старого Альт Гаарца, и только здесь на всём нашем побережье, обнаруживаются все признаки, необходимые для определения местоположения древнего торгового центра 808 года:

нахождение его в ободритских землях и прямо у моря; подходящий, защищённый порт, какие требовались и выбирались в то неспокойное время и защищающая его мощная и надёжная крепость, как и выявленное при раскопках 1935 года вендско-викингское поселение рядом с ней.

Здесь же мы хотим рассмотреть само название и важность его для нашей истории и, следовательно, для нас самих. Сегодня мы знаем, что Мекленбург был землёй древних германцев, и что эти германцы ушли во время Великого Переселения Народов, дойдя до самой Африки. В итоге их родина пришла в запустение. По немногу в эти, никем не занятые края стали проникать славянские венды – не как завоеватели, а в результате терпеливого освоения – и осели повсюду, восточнее Эльбы. В 800 году германцы взяли реванш. Карл Великий сплотил немецкие племена в единое могущественное государство и одновременно скандинавские морские народы в лице викингов направились с торговлей и завоеваниями к южному побережью. Политика империи Карла Великого была направлена на восток, а данов, под предводительством короля Гёттрика – на юг, так что местом, где их интересы пересеклись, стала наша земля. Датский торговый город на нашей земле означал ни что иное, как первый шаг к возвращению германства в лишённую его, ставшую ему чужой, страну, и, одновременно, поставило перед Мекленбургом вопрос, быть ли ему датской или немецкой землёй. Вот что значит для нас Рерик.

Здесь сплелись интересы и здесь, в этой первой битве, было вынесено решение. На человека, повлиявшего на это решение в немецкую сторону, практически не обращалось внимания и он был забыт, как был забыт Рерик. И потому ему будут посвящены дальнейшие слова – ему, германскому князю ободритов Трасико.

Но начнём с имени Рерик. Слово чужого, отдающего древней строгостью, звучания. Однако это – наиболее древнее название города, известное в нашей земле: лишь 160 лет спустя станет известен Мекленбург, 200 лет спустя – Шверин. Слово это не славянское. Анналы Эйнхарда, наш единственный источник, подчёркивают, что название было датским (lingua danica) и родственные ему формы известны в северогерманском повсеместно.

Уже в первом веке упоминается Берик, князь гепидов, в 857 году земли в районе Эйдера от датского короля Хорика получает фризский князь Рорик, в 860 шведский викинг Рюрик основывает Русское государство, к этому же ряду относится и Гёттрик; нордический Рёрекр должен быть идентичен Рерику. Ясно значение второго слога рик - германское «могущественный», «богатый», как нам это известно по Хайнрику и т.п. В чём заключается это богатство, поясняет первый слог: Гёттрик – «богатый добром», Дитрик – «богатый народом», Хайнрик – «богатый землями», то есть - звучное мужское имя. Того же следует ожидать и от Рерика, хотя толкование здесь сложнее, потому что в основе стоит сокращение; если оно происходит от reiki = «богатство», «власть», то Рерик означает «богатый властью», что удобнее передать словом старого придворного стиля «великовластный».

Нет ничего странного в том, что личное имя предстаёт как название города – как раз в славянской языковой среде такое явление было повсеместным. Названия на –an ( Schwaan, RogahnBellahn и т.д.) и –un практически все происходят от личных имён.
Таково моё мнение. Кроме него существует ещё и другое ( газета «Rostocker Anzeiger», 1 апреля, 1938). В содержательной статье об основании города Рерик, доктор В. Маттен указывает на названия Рёрвиг на острове Зееланд и Рёрвик в Норвегии, которые он толкует как «портовая гавань в узком морском проходе». Это бы хорошо подходило для нашего Рерика, и потому я и упоминаю это здесь.

С Рериком связано и другое имя, уже упоминавшегося выше его владельца Трасико. Он был первым мекленбургским князем, отметившимся в истории конкретными действиями. Воинственный муж, победитель северных саксов на реке Свентине в 798 и завоеватель крепости смельдингов Глаизин в 809, мудрый политик, в союзе с Карлом Великим подчинивший себе других славянских князей и создавший ободритское государство, он был также и злейшим врагом наступавшего на юг датского короля Гёттрика, которому он дал отпор и который приказал убить его в Рерике в 810 году. Однако, нашей целью является не рассмотрение этих исторических деталей, как бы привлекательны они не были. Нас же сейчас интересует лишь само имя и то, что из него можно заключить. Это имя также не славянское, настолько же не славянское, как и Рерик, а истинно германское. Корень thrasa = «смелый», «отважный», в сочетании с другими частями было очень распространено, например Трасимунд, как звали вандальского короля. Также распространено было и окончание –ико, так что невозможно точно определить к какому племени принадлежало имя Трасико и потому неясно, был ли его носитель немцем (франком, фризом или саксонцем) или же скандинавом (видимо, даном). Кроме этого Трасико, и второй ободритский князь, также ставший жертвой Гёттрика, его повесившего, носил истинно германское имя Годлаиб. И это открывает нам окно в нашу древнюю историю. Славяне – народ не имеющий политической инициативы. Это было замечено давно. Никто иной, как так называемый Нестор Киевский в знаменитой русской хронике (около 1100), говорил, что славяне не созданы быть господами, всюду где они появлялись на страницах истории, это происходило под чужеземным господством. В первую очередь это относится к уже упоминавшемуся выше основанию Русского государства викингом Рюриком, тоже можно сказать и о политических образованиях славян Германии, это же верно и для большого, доходившего уже очень рано, около 600 года, до средней Германии, славянского государства франка Само и возникновении в 10 веке польского государства, основатель которого, Мешко, именовался также и нордическим именем Даго, и потому может также называться норманном. Повсюду одно явление - прослойка германских правителей над славянской массой - которое мы находим сейчас на пороге истории нашей страны. Её представителем в этом случае был наш Трасико. И он неотделим от Рерика. В немецком источнике мы найдём, что ободритов называли ререгами (Адам Бременский) - по всей видимости потому, что Рерик выглядел их главным городом. И это могло восходить лишь ко временам Трасико, ведь позднее, когда Рерик уступил место торгового центра западной Балтики Хаитабу, это место потеряло своё значение и на его фоне возвысился удачно расположенный Мекленбург. Если же возникнет желание запечатлеть эти исторические события в названии одной из улиц нового города Рерик, то эту улицу без сомнения можно было бы назвать «улицей Трасико».


Роберт Бельтц, 1938

Так вот. В 1939 году немецкий лингвист и исследователь германских древностей Вилли Крогманн опубликовал статью, в которой проаннализировав изыскания уже известных нам Р. Бельцта и В. Маттена, предложил ещё одну, очередную германскую этимологию Рерика, более отвечающуюю лингистическим требованиям - он предложил выводить название от древнегерманского "rauza", в исландском языке перешедшего в форму "reyrr" и обозначающего "тростник".

Как видим, поиски германской этимологии названия Рерик, производившиеся в спешке и по поводу "возвращения новообразованному населённому пункту былой викингской славы" в 1938-1939 годах в Третьем Рейхе, совершенно определённо и отчётливо имели лишь одну цель - доказать во что бы то ни стало именно германское, а не славянское прошлое города. Для достижения такой благой цели все средства казались хороши - и подтасовки археологических находок и перевирание исторических источников. Совершенно не важно казалось, Рёрвик ли - "узкий пролив", мифический ли Рёрикр. Не забыты были Берик, Гёттрик, Хайнрик с Дитриком и даже "шведский конунг" Рюрик. Последний, правда, лишь как наиболее яркий пример судьбы славян быть историческим материалом. Называя все похоже звучащие слова, тогда забыли, кажется, только "Жорика".  Не имея точной уверенности, происходит ли Рерик от Берика или Рёрвика, немецкие историки в тоже время совершенно не сомневались в одном - славяне не могли сами основать столь значительное поселение, потому слово неизбежно должно было быть германским. Венцом, апофеозом и логическим завершением этих метаний в потёмках стало рождение "тростниковой" этимологии Рерика.

Браво, геноссен, лингвистическая методология и правда позволяет многое! Поддерживающие такую версию в наши дни, таким образом, вполне могут гордиться богатой историографией изучения вопроса и давностью традиции, которой в этом году исполняется 75 лет. С юбилеем неравнодушных! )))
Tags: Волин, Рерик, археология, история, немцы, ободриты, славяне, фальсификации, языкознание
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 78 comments